Оффициальный сайт Андрея Константинова
Биография
Творчество
Рецензии
Новости
Вопрос-ответ
Книга отзывов
Ссылки
Дизайн

Вернуться к списку новостей рубрики

Безумие на Стачек довело присяжных до раздвоения Обвиненный в убийстве женщины и ребенка на проспекте Стачек в мае 2013 года курсант Комаров наконец признал свою ошибку. Он пожалел, что не вызвал сразу полицию и посочувствовал главе вырезанного семейства. Но извиняться не стал. Наоборот, с помощью адвоката веско убеждал присяжных, что в сферу его моральных убеждений убийство не входит.

Дата: 06/08/2014

Обвиненный в убийстве женщины и ребенка на проспекте Стачек в мае 2013 года курсант Комаров наконец признал свою ошибку. Он пожалел, что не вызвал сразу полицию и посочувствовал главе вырезанного семейства. Но извиняться не стал. Наоборот, с помощью адвоката веско убеждал присяжных, что в сферу его моральных убеждений убийство не входит.

Без трагической окантовки в виде жестоко убитых Лени и Ольги Зеленских в мае прошлого года на проспекте Стачек сегодняшние прения по делу курсанта Ильи Комарова могли показаться искусством. Гособвинитель Надежда Фазылова и адвокат Сергей Лукьянов соревновались в мастерстве убеждения, чем оставили 18 присяжных (12 основных и 6 запасных. – Прим. ред.) в раздвоенных чувствах. Корреспондент "Фонтанки" не хотел бы оказаться на их месте. Дилемма "убивал – не убивал" наверняка сохранится до самого вердикта.

По мнению Фазыловой, курсант Института внутренних войск МВД, приехавший из Владимира, не совладал с соблазнами большого города. К вечеру убийства 12-летнего Лени и 38-летней Ольги Зеленских его жизнь, по словам прокурора, зашла в тупик. Расходы на съемную квартиру и содержание девушки Зарины, которая без угрызений и оглядки на семейный бюджет тратила на себя десятки тысяч рублей, явно превышали заработок. Долг однокурсникам подходил к миллиону, в списке кредиторов значились тренер и двоюродный брат.

– Корысть могла толкнуть Комарова на очень страшные действия. У человека в голове может быть установка: если у меня этого нет, я заберу у того, у кого это есть. Присяжным следует представить человека с совершенно иными моральными критериями. В определенной мере такие люди – неизлечимые нравственные инвалиды.

Комаров в клетке встрепенулся. Его адвокат Сергей Лукьянов отреагировал:

– Неэтично так заявлять, создавая иллюзию виновности.

Прокурор вбивала гвозди:

– Для отца и мужа Алексея Зеленского в отрыве от родных похищенные украшения значения не имеют. А Илья Комаров может из-за них убить двух человек.

По версии обвинения, курсант заранее присмотрел квартиру соседей сверху как наживу, убедился в отлучке главы семейства, служащего в спецназе ФСКН, постучал под предлогом сверки сантехники, прошелся по комнатам, был застигнут Ольгой за хищением 14 ювелирных украшений и устроил резню с попеременным нанесением порядка семидесяти ножевых ударов. Мальчик Леня погиб, бросившись на защиту матери.

– Алексей Зеленский может гордиться сыном, которого воспитал настоящим мужчиной, – слегка дрогнувшим голосом произнесла Надежда Фазылова. – Хочу предостеречь присяжных от излишней жалости. Комаров молодой. Но Леня Зеленский вдвое младше. Ему не дали пожить.

Заседатели слушали, не моргая. Спецназовец вытер слезы.

– Я знал Ольгу со второго класса. Мы мечтали о дочери. Сын хотел стать военным врачом, – глухо дополнил он впечатление ужаса и потери.

Адвокату Лукьянову после живой, не по бумажке, речи прокурора начинать было сложно. Пожалуй, под влиянием именно таких процессов Голливуд снимает драматичные непредсказуемые ленты.

Защитник начал издалека.

– В деле 18 томов, почти 5 тысяч листов. Они всего лишь подтверждают, что Комаров в квартире был. Да он сам это не отрицает! 

В материалах есть два взаимоисключающих показания подсудимого. По горячим следам он признал двойное убийство под предлогом ссоры с Ольгой за данную ему пощечину и последующее хищение украшений, которые увидел при поиске перевязочных материалов. От признания отказался через несколько дней, сославшись на внушенное истинным убийцей чувство страха. По второй версии, якобы человек в черном и с жуткими темно-синими глазами зарезал Зеленских, а Комарову пригрозил убийством близких и напоследок оглушил до потери сознания. Поэтому часть обстоятельств, в том числе характерные для автора убийства брызги крови на одежде, курсант пояснить не может.

По словам адвоката, теория прокуратуры о спланированной корыстной расправе Комарова над соседями не вписывается в официальные рамки. Дескать, если обвинение считает первые показания подсудимого правдивыми, то зачем менять в хронологическом порядке хищение ценностей и убийство, добавляя тем самым разбой.

– Зачем Комарову врать? – пожал плечами Лукьянов, донося до присяжных искренность того, первого, Комарова. – От перестановки событий результат не меняется. Он и так арестован, и против него все улики.

По меньшей мере, адвокат "вымыл" перед присяжными корыстный мотив преступления. И перешел к основному:

– Отсутствие частиц одежды и биоматериалов Комарова на срезах ногтевых пластин Лени и Ольги свидетельствует, что они оказывали сопротивление не ему, а незнакомцу.

В канву версии о человеке в черном укладывается довольно странное показание курсанта о том, что он, очнувшись в квартире с телами и без киллера, под воздействием необъяснимого порыва вынул нож из шеи умершего мальчика, а затем вернул его в то же место.

– Комаров, ври он о незнакомце, мог придумать легенду попроще, чтобы объяснить отпечатки пальцев на ноже. Именно потому, что он так говорит, так и было, – Лукьяновым, казалось, заслушиваются не только присяжные, но и обвинители.

Он еще предположил, что к убийству могли быть причастны завистники Зеленского, в том числе из-за его влиятельного в мире спорта и коммерции отца, дружащего с олигархами и имеющего соответствующих врагов.

Применительно к версии о "высоком" заказе выразил мнение о качестве убийства. Оно, в целом, считалось довольно топорным и грубым из-за количества ножевых ранений.

– Нет! Убийство так профессионально сделано, что мы теперь все думаем, что его исполнил Комаров, – в рубашке с закатанными рукавами и своевременной жестикуляцией Лукьянов не отличался от киногероя, которому зритель хочет верить безотносительно добра и зла.

В последнем слове Илья Комаров был тих и содержателен. Заявил наконец, через год и три месяца, что сочувствует и соболезнует Зеленскому. Уточнил, что в роли убийцы-разбойника вынес бы технику, а не украшения, которые и не знал, куда сбывать. Добавил, что горстка золота в бюджете ему погоды не делала, особенно такой ценой:

– Я по своим моральным убеждениям не вижу смысла убивать. Деньги можно заработать. Я этих людей пальцем не трогал. А если считаете, что это я совершил, – что ж, пожалуйста.

В четверг, 7 августа, присяжные голосованием решат, чья взяла. Приговор Комарову вынесут на основе их вердикта.

Александр Ермаков, "Фонтанка.ру"





Источник


Безумие на Стачек довело присяжных до раздвоения